Последние новости
Принят в первом чтении закон «О персональных данных»
Госдума в пятницу 25 ноября приняла в первом чтении законопроект «О персональных данных», внесенный Правительством РФ. Документ поддержали 335 депутатов, против проголосовали 83, воздержались 2. Мы попробовали разобраться, как отразится на ДМ- отрасли, да и BTL-индустрии в целом новый закон в случае его принятия.
Законопроект "О персональных данных" обсуждается в Думе уже много лет. Первый проект "Об информации персонального характера" был внесен еще в 1998 году, второй – в 2000-м. Однако дальше разговоров дело не заходило. Правда, в 2001 году Россией была подписана «Конвенция Европы» о защите прав личности в связи с автоматической обработкой данных. И в 2005 по требованию Евросоюза был внесен на рассмотрение законопроект "О персональных данных".
На развитие ситуации повлияло появление в открытой продаже базы данных налогоплательщиков за 2004 год. В связи с этим, 15-16 ноября ФСБ провело ряд задержаний. По сообщениям информагентств, предварительная информация о хищении баз такова - "некие чиновники продали базу данных за 2,5 миллиона долларов". Ну а дальше ее уже растиражировали. При этом на рынке уже ходили аналогичные базы за 2002 и 2003 годы (виновные не были найдены).
В таких условиях принятие закона «О персональных данных» стало насущной необходимостью, как лекарство. С этим согласны и чиновники, и участники ДМ-рынка. Илья Шагаев, руководитель проектов агентства DM Basis: «Безусловно, положительным моментом является задумка наконец-то вывести рынок баз данных из тени, задавить нелегальные базы данных».
Однако, по словам Дмитрия Вороны, генерального директора агентства DB Wizard, у этого законопроекта, как и у всякого лекарства, есть назначение, рецептура и побочные эффекты. Декларируемой целью (назначением) закона является «обеспечение прав граждан на неприкосновенность частной жизни». Не вдаваясь в подробности, попробуем понять – как в законе предполагается достичь поставленной цели, в чем его лечащая сила. В целом это выглядит следующим образом:
2.1. Каждому человеку должно быть дано право предоставлять или не предоставлять свои персональные данные, разрешать или запрещать их обработку и использование.
2.2. Все те, кто занимается обработкой и использованием персональных данных, должны вести себя хорошо, не безобразничать, и организовать свою деятельность таким образом, чтобы право, данное каждому человеку в п.2.1 неукоснительно соблюдалось.
2.3. Нарушать правила пп.2.1-2.2 можно только по специальному разрешению. Подразумевается, что специальное разрешение может быть дано только специальным государственным учреждениям.
В принципе, схема вполне ясна и логична. С таким подходом скорее можно согласиться, говорит Дмитрий.
Следующим вопросом является «химический состав лекарственного препарата» – рецептура, которая позволит реализовать все этапы на пути к поставленной цели. Дмитрий Ворона полагает, что «начиная с этого момента законопроект уже не бесспорен. В законопроекте не предусмотрено наличие стимулирующих или оздоравливающих ингредиентов. В нем предусмотрен один единственный элемент – блокирующий, а именно – инструмент надзора:
3.1. Специально для осуществления надзора за деятельностью по обработке и использованию персональных данных создается некий новый уполномоченный орган.
3.2. Новый уполномоченный орган должен быть информирован о деятельности всех тех, кто занимается обработкой и использованием персональных данных, причем эта деятельность должна быть санкционирована новым уполномоченным органом.
3.3. Нарушать правила пп.3.1-3.2 можно только по специальному разрешению. Подразумевается, что специальное разрешение может быть дано только специальным государственным учреждениям».
Но, чтобы «посчитать» и контролировать всех тех, кто использует персональные данные, новый орган должен иметь гигантские размеры. В связис этим у Дмитрия Вороны возникает очень много вопросов. «Возможна ли объективная деятельность уполномоченного органа, или «считать» и контролировать придется далеко не всех? Не приведет ли выборочное применение данного законопроекта в качестве лекарства, к многочисленным злоупотреблениям – кого-то будут насильно лечить, а кто-то и без этого будет считаться здоровым? Более того, окажется ли возможным регулярное и аккуратное применение препарата, о котором сказано выше, и без которого невозможно успешное лечение?»
Кроме того, у участников рынка ДМ вызывает беспокойство исключение, сделанное для специальных государственных учреждений. Достаточно вспомнить, что на сегодняшний день основным источником нарушения прав граждан на неприкосновенность частной жизни является именно незаконный оборот баз данных таких государственных учреждений как: «ГИБДД», «прописка», «банковские проводки», «таможня» и др.
Илья Шагаев среди отрицательных моментов отмечает также «абсолютную непроработанность документа, что значительно затрудняет, а то и делает невозможной, легальную работу». По его мнению, если закон будет принят в том виде, в котором существует сейчас, это грозит как минимум, «огромными трудностями (вплоть до запретов) в работе, связанных с регистрацией данных, следованием всем положениям относительно подписей и т.д. А в конечном итоге - запрещением существующих баз данных». И те, кто останется в ДМ-бизнесе, автоматически уйдут в тень. «По черному рынку как раз закон ударит меньше, а вот легального бизнеса уже не будет», - с сожалением констатирует Шагаев.
Кроме ДМ-подрядчиков, закон «О персональных данных» отразится на ритейле, фитнес-индустрии, рынке консалтинга и других сферах, имеющих дело с базами данных. Газета «Бизнес» взяла комментарии у представителей этих отраслей. Больше половины опрошенных отмечают наличие больших проблем. Марала Чарыева, генеральный директор ООО "Росинтер ресторантс" отметила: «Вопросов к законопроекту слишком много. У нашей компании, например, за девять лет накопилось около 1,2 млн зарегистрированных пользователей карточки "Почетный гость". Предположим, нас обяжут у всех этих людей получить письменное согласие на их нахождение в базе. Как это сделать технически? Кто будет оплачивать миллион звонков и отправку миллиона писем? Я согласна: проблема утечки информации существует. Но она существует на государственном уровне: наибольшее количество утечек происходит через госструктуры. Коммерческие же компании этими сведениями крайне дорожат. Любая программа покупательской лояльности - это долгосрочный проект. А потому компании потребительского сектора заинтересованы делать все так, чтобы клиент оставался довольным и продолжал пользоваться услугами именно этого оператора. В частности, хранить все его персональные данные в полном секрете».
Есть и положительные оценки. Анастасия Юсина, генеральный директор компании "Страта партнерс" (управляет сетями Orange Fitness и CityFitness) считает, что «это очень здравый закон. Он призван нас защитить от того, чтобы информация о людях передавалась кому-то. Это нормальный цивилизованный подход. Закон обязывает нас иметь поименную базу данных и вести поименное списание НДС, налога на прибыль и т. д. Т.е. мы не можем продавать карточки неизвестно кому, иначе через фитнес-клубы можно очень легко отмывать деньги. Кроме информации, необходимой по закону, мы никакой не пользуемся. Наши базы защищены от копирования, то есть уже давно работаем по этому закону».
Чтобы прояснить ситуацию, участники рынка предлагают организовать встречу представителей комитетов с представителями бизнеса и показать, в чем интерес легального бизнеса, в отличие от черного. И как этот интерес душится. А затем дождаться второго чтения и посмотреть, что изменится.
Источник: BTL.RU
|
рекомендуем почитать
прислать новость
